- Как вы прожили три дня - от Израиля до Андорры?
- Очень тяжело. Злополучная штанга, в которую я ухнул мячом, снилась и ночью, и днем...
- Прежде такие переживания случались?
- Переживания были, но таких - никогда. Сделали гигантскую работу, перевернули ситуацию в группе с ног на голову, в Израиле чувствовали себя полными хозяевами положения. Потерять все в один миг было очень печально.
- Сборную нынче много критикуют. Как по-вашему, - справедливо?
- Критика бывает объективная, а бывает - злобная. Наши болельщики часто живут эмоциями. Если мы проигрываем, то для них хуже игроков нет во всем свете. Выиграли - короли. А в самом футболе разбирается маленькая группа людей. Не научились у нас еще понимать игру, как понимают ее на Западе.
- За последнее время какая-то критика особенно запомнилась?
- Есть в некоторых газетах обозреватели, - если встречу их на улице, мимо не пройду. Как и большинство футболистов сборной. Хочется дать по лицу. Мы в команде эту тему обсуждали: ладно, критикуют люди - но некоторые такой грязью нас поливают... Хотя сами - еще хуже.
- Футболисты тоже разбираются в журналистах?
- Конечно, разбираются!
- Даже имена для себя выделяете?
- Если вы не в курсе - футболисты знают всю подноготную. Личные качества каждого журналиста. Вы про нас - мы про вас.
- Что творилось в раздевалке после матча с Израилем?
- Гнетущая тишина висела. Минут пятнадцать-двадцать все сидели молча, потом потихоньку потянулись в душ. Только и слышно, как Роман Абрамович яблоком хрумкает. Он тоже был совершенно растерян - все на лице написано.
- До этого с ним общались?
- Никогда.
- Во всяком празднике для человека есть самый яркий эпизод. Каким был ваш - в Андорре?
- Меня захлестнула безумная радость. Свисток, кто-то кинулся качать Хиддинка, куча-мала, сумасшествие в раздевалке...
- Хиддинк написал SMS-ку Биличу, некоторые игроки звонили Оличу и Плетикосе. А вы?
- Знал бы их телефоны - позвонил. На банкете Игнашевич набрал номер Олича, включил громкую связь - и мы "спасибо" сказали всей командой.
- Судя по телерепортажу, из раздевалки на "Уэмбли" Олич едва вышел - успел отметить победу. А что ответил по телефону?
- Промычал что-то радостное... Я его прекрасно понимал. Самому еще тремя днями раньше казалось, что ужаснее сезона быть не может. И вдруг - такое счастье!

- В какой момент поняли, что для "Локомотива" год станет провальным?
- Еще в октябре был уверен - этот сезон худший в карьере. Летом, когда сыграли вничью с "Зенитом" в гостях, вплотную могли приблизиться к лидерам, - но после паузы в чемпионате все разладилось. Начались серые будни. Чем дальше, тем хуже. На тренировках работали как обычно, но что-то внутри коллектива было не так.
- Что чувствует футболист, которого тренер спрашивает: "Ты не смог забить? Или - не захотел?"
- Если бы мне такое сказали - сильно бы удивился. Округлил глаза.
- Лоськов утверждал, что именно к вам Бышовец подходил с таким вопросом.
- Точно-точно, припоминаю... Это случилось после какого-то домашнего матча. Кажется, я вышел один на один - и не забил. И в раздевалке Бышовец подошел с таким вопросом.
- Нашли, что ответить?
- Нет. Был в полной растерянности. А Бышовец развернулся и ушел.
- Потом не извинялся?
- Нет. Он же считает, что был прав, - зачем ему извиняться?
- Нам интересен взгляд на команду изнутри. Те же Лоськов с Евсеевым, при всем уважении, смотрели на этот сезон "Локомотива" немного со стороны...
- Мне Бышовец вроде бы ничего плохого не сделал. Но о человеке говорят поступки, логично? Весь год в "Локомотиве" были скандалы. Один за другим. А прежде команда жила как семья. Весь футбольный мир знал, что в "Локомотиве" коллектив - супер.
- Так что было в этом году?
- Приходим на очередное собрание и каждый раз слышим: там-то заговор, там-то нас поливают, судьи сплавляют... Волей-неволей настроение переносилось на поле. Команда устала от этих разговоров. Нам хотелось играть, а не отвлекаться на всякие глупости.
- Это не заразно? Вы не стали вслед за Бышовцем видеть заговор на каждом шагу?
- Поначалу мы Бышовцу сочувствовали. Пытались поверить, принять его слова. Тоже читали газеты: а вдруг и правда враги кругом? Раз Бышовец говорит, что статьи против "Локомотива" проплачены - значит, так и есть. Но в какой-то момент поняли, что нет никакого заговора.
- У Лоськова есть чувство вины за то, что не отстояли всей командой Евсеева. У вас такого чувства нет?
- Когда я узнал, что с Лоськовым расстались, ходил сам не свой. Пар из головы шел: "Как такое может быть, чтобы "Локомотив" - и без Лоськова?!" Мы хотели пойти просить за него. Но Дмитрий сказал, что шансов никаких. Тогда и впрямь ничего сделать было нельзя. Вопрос был давно решен - убрали Дмитрия грамотно.
- Имеете в виду то, что узнала команда об уходе капитана в аэропорту?
- И это тоже. Вообще провернули, как настоящую операцию спецслужб.
- Про интервью Евсеева и Лоськова в "СЭ" Бышовец тоже говорил, что это "заговор" и "все проплачено"?
- Болезненно реагировал, было видно. Интервью с Лоськовым вышло накануне матча с "Крыльями" - и Бышовец был вне себя от ярости. На установке перед игрой минут двадцать посвятил разбору каждой строчки в этом интервью. Пересказал всю статью - вместо того, чтоб назвать состав и объяснить, как играть.
- До команды доходили высказывания Анатолия Федоровича на пресс-конференциях?
- Об этом узнавали из газет. Никак не реагировали. К тому времени были настолько расстроены, что нам любые слова были как пустой звук. Вот в раздевалке после матча с "Кубанью" Бышовец сказал то же самое, что и на пресс-конференции - мол, "нет предела человеческой мерзости".
- Грубо говоря, обвинил игроков в сдаче игры?
- Нет, мы бы почувствовали. Интонация была такая, будто говорит о ком-то другом. Кого не хочет называть. Так сказать, додумайтесь сами.
- Новый президент "Локомотива" Николай Наумов сообщил в конце ноября: "У всех в клубе чувство облегчения после того, как этот штаб ушел".
- Да все ребята говорят - словно в новую команду попали!
- В чем положительная сторона этого сезона? К чему вы теперь будете готовы?
- Убедился, что бывают в жизни не только хорошие сезоны. Надо работать, хочется тебе того или нет. Нельзя говорить: "Все, бросаю..." Теперь представляю, как надо вытаскивать матчи "на жилах", когда ничего не получается.
 

- Вы рассказывали, что летом могли вернуться в "Спартак". Но побывавший в редакции "СЭ" Леонид Федун заявил, что никаких разговоров о Сычёве в "Спартаке" не было...
- Объясняю: мой агент, Павел Андреев, общался по поводу перехода в "Спартак" со Смоленцевым. И услышал в ответ: "Нам этот футболист не интересен".
- Удивила такая реакция?
- Удивила. А насчет того, что Федун ничего не знает, - не верю. Все решает он. Не зря же его подчиненные брали время, чтобы посоветоваться.
- Не задумывались - почему получили такой ответ из "Спартака"?
- Нет. Было уже все равно. Главное, у меня сразу пропало желание играть за "Спартак".
- Чья, к слову, была инициатива? Вашего агента?
- Моя. Сам сказал агенту: "Хочу в "Спартак".
- Вас, человека самолюбивого, тот ответ должен был крепко задеть.
- Так я им за это четыре гола забил!
- Крики фанатов "Спартака" по вашему адресу больше не заводят?
- Давно не заводят. По молодости из-за этого дергался. Постоянно хотелось ответить голами. А сейчас знаю, откуда все идет.
- Откуда?
- У меня достаточно знакомых - настоящих болельщиков "Спартака", которым ситуация известна. Руководят фанатами несколько человек, и крики про Сычёва исходят от них. Остальные не могут не подчиниться. Орут, а потом сами же ко мне подходят: "Дим, не бери в голову..."
- Мы когда-нибудь узнаем всю правду про ваше расставание со "Спартаком"?
- Наверняка. Только не сегодня, пока к такому разговору не готов. Я написал в своем блоге: когда-нибудь непременно все расскажу.
- Вас тема ухода из "Спартака" раздражает?
- Уже нет. Раньше раздражала, потому что спрашивал каждый третий. Причем мало кто за меня действительно переживал.
- "Узнав, что тогда происходило на самом деле, зауважал Сычёва еще сильнее", - признался не так давно Романцев. Вам он такого не говорил?
- Мне - нет, но об этих словах слышал. С Романцевым после моего ухода толком не виделись. Лишь через знакомых передавали друг другу приветы. Всю правду Олег Иванович узнал не от меня.
- Вспоминаете Романцева?
- Вспоминаю. Особенно его фразу: "Нужно любить не себя в футболе, а футбол в себе". Один из ветеранов начал на себя, грубо говоря, одеяло тянуть, красоваться, - и Олег Иванович его остудил на собрании. Тот моментально успокоился.
- Зная Романцева, верите, что он вернется в футбол?
- Думаю, да.
- Представляете его в "Локомотиве", например?
- Прежде представлял его исключительно в "Спартаке". Но после того, как из "Локомотива" ушел в другую команду Семин, могу поверить во что угодно.
- По словам Владимира Бесчастных, "Сычёв, собирая вещи и уезжая из Тарасовки, плакал..."
- Так и было. Прекрасно понимал, что больше туда не вернусь.
- Все помнят ваши слезы на чемпионате мира пятилетней давности. Кто-то рассказывал, что вы сидели, заплаканный, в приемной у Суркиса после расставания со "Спартаком"...
- Ничего подобного. Каким-то я нытиком выгляжу. Помню всего два случая. Да, недавно был третий - после Андорры. Но это уже от счастья. Сидел в раздевалке, все успокоились, а на меня внезапно что-то накатило. Не сдержался.
- До сих пор не верите, что попали на чемпионат Европы?
- Теперь поверил, когда после жеребьевки посмотрел на состав групп и увидел там Россию.

- Первая фраза Адвоката, принявшего "Зенит", была такой: "Тренировки надо любить". Вы любите тренировки?
- Очень люблю. Честно вам говорю: так погружаешься в этот ритм, что во время травм физически не хватает тренировок. Тянет работать. Правда, в этом году на тренировки выходил без большой радости. Когда ничего не клеится, работать вообще не хочется.
- Встречали человека - фаната тренировок? Готового вкалывать с утра до ночи?
- Нет. Оставаться работать сверх плана - теперь это что-то вроде самодеятельности. Иногда и хочется задержаться, но нельзя, все по науке, тренировочный график расписан.
Никогда не забуду одну тренировку на сборе в Чокко. Палыч с утра пораньше устроил пробежку - десять подходов по километру. Просто ужас. Еще поле было замерзшее, лед. Даже Серега Гуренко не выдержал: "Больше не могу, у меня ноги "садятся"! Лучше буду по асфальту бегать!" Палыч в ответ психанул: "Ну и черт с тобой..." Вся команда носилась по полю - а Гуренко параллельным курсом по асфальту, в кроссовках.
В конце той тренировки нам кинули мячи: "Пожонглируйте!" Но мы на них смотреть не могли... Зато эта нагрузка принесла плоды в середине сезона - когда мы всех подряд рвали.
- Самый памятный случай тренерской несправедливости по отношению к вам?
- Только один, в Тамбове. Когда меняли в первом тайме. Дашь пару "обрезов", неточную передачу - и все, на лавку...
- Был в вашей жизни момент, после которого резко повзрослели?
- Уход из "Спартака". Юношеский задор улетучился в секунду, взрослая жизнь опустила на землю. С того дня понял, что надо учиться выживать: законы джунглей.
- После этого, наверное, ни одну бумажку не подмахнули с закрытыми глазами, сказав: "Верю!"?
- Это точно. Любой документ изучаю, не говоря уж о контракте.
- Перед каким матчем нервничали больше всего в жизни?
- Как же меня трясло на чемпионате мира в 2002-м! Три матча там сыграли - и перед каждым заснуть не мог. Запредельное было волнение.
- Помните, тогда, после поражения от Бельгии в решающей игре, вся команда ждала каких-то слов Романцева, - а он вовсе не пришел в раздевалку?
- Я был так убит, что не обратил на это внимания. Когда проигрываешь такие матчи, по большому счету уже не важно, что скажет тренер. Ты закрываешься в себе и пытаешься пережить случившееся.

- Известные агенты вроде Шандора Варги принципиально отказываются работать с африканскими футболистами. Вы их понимаете?
- От некоторых из них в самом деле не знаешь, чего ожидать. Вот и в "Локомотиве" такой парень был. Заявил осенью: "У вас не доктора, а шарлатаны. Поеду лучше в Африку, к колдунам вуду. Они помогут". И уже пару месяцев его никто не видел.
- Драман?
- Он самый. А в "Спартаке" в этом смысле вне конкуренции, конечно, был Кебе. Поначалу к нему нормально относились, тем более что игрок действительно сильный. Но он считал, что в команде его недолюбливают, ни с кем не общался. Вел себя очень странно. Первым делом на базе из своего номера вытащил в коридор кровать и там оставил. Спал на полу, постелив одеяло. Как-то в Тарасовке заглянул я в комнату, где обычно устраивали просмотр матчей. Открываю дверь - свет не горит, кругом ни души. На экране - какие-то африканские танцы с бубнами вокруг костра. И два глаза в темноте светятся. Кебе! Я как дал оттуда деру...
- Правда, что бразилец Селсинью с первой же зарплаты купил сережку за пять тысяч евро, потерял на тренировке - и все игроки прочесывали газон, ее искали?
- Было. Минут десять походили по полю после тренировки. Все впустую. В траве сережка - иголка в стоге сена.
- Во время драки Ивановича с Асатиани в перерыве матча с "Москвой" вы где находились?
- Шел в раздевалку. Смотрю - они мимо бегут. Куда, думаю, спешат? Всей командой их растаскивали.
- У вас такие стычки случались?
- Никогда. Меня здорово надо разозлить, чтобы полез в драку. Но если бы рядом на поле кто-то откровенно валял дурака, "плавил" команду - и я бы не сдержался.
- Но ведь ни Асатиани, ни Иванович упреков в "сплаве" и дуракавалянии не заслуживали.
- В том-то и дело. Это к разговору об атмосфере в команде. Значит, не все ладно было у нас, раз возникали такие ситуации. Самое поразительное, что Асатиани с Ивановичем были закадычными друзьями! На тренировках всегда в паре работали!
- А теперь?
- С тех пор Иванович работает со Спахичем.

- Вы назвали Евсеева "самым странным футболистом, которого встречали за карьеру". Почему?
- Если вспоминать все его чудачества, газетной полосы не хватит. Разве забудешь, к примеру, как он на спор летел в горнолыжных ботинках и очках через всю Европу?! В самолете, бедняга, мучился от духоты, но терпел. А ребята, глядя на Вадима, угорали от смеха.
- Вы бы так смогли?
- Нет, эти приключения не по мне. Вадим - парень своеобразный, но когда его узнаешь поближе... Он преданный друг, у него удивительно доброе сердце. Те, кто говорит о Евсееве гадости, просто плохо его знают.
- Вы друзья?
- Да. И на хоккей в Мытищи вместе ходим, и на дачу к себе часто зовет. Там водохранилище рядом. Помню, когда первый раз к нему приехал, Вадик предложил на его скутере прокатиться. Давай, говорит, попрыгаем на волнах. Если сильно разогнаться и попасть на волну, которая идет от катеров, метра на три взлететь можно.
- Не страшно?
- А вы как думаете? Но я-то тогда не подозревал, с каким экстремалом связался. Сел сзади, держусь за Евсеева. Когда нас подкинуло, он понял, что скутер ему не удержать. Бросил руль, прыгнул в сторону. А я лечу один и думаю: "Мать честная, что же делать?" Потом оттолкнулся от скутера и тоже рухнул в воду. Скутер этот в итоге так далеко унесло, что в спасательных жилетах минут пятнадцать до него гребли. После чего сказал Евсееву: "Все, больше с тобой на скутер не сяду". Но прошло время - Вадиму отомстил. Прокатил с ветерком на "таблетке".
- Что за "таблетка"?
- Надувной круг, который тащат на веревке за скутером. Разогнался и на полной скорости вошел в поворот. Пока Вадима не вынесло из "таблетки", его лягушкой долго мотало по воде.
- Когда вы испытывали самый большой страх в жизни?
- Полгода назад возвращался домой на машине. Стемнело, дорогу едва видно. Вдруг на подъеме прямо перед собой натыкаюсь на "КАМАЗ" с прицепом. Водитель почему-то погасил фары и решил развернуться, перекрыв всю дорогу. Тормозить было бесполезно. Хорошо, руль держал двумя руками, резко вывернул вправо и чудом проскочил по обочине между прицепом и столбом. Повезло. Остановился, посмотрел на собственные руки, - они тряслись...
- Родители об этом случае знают?
- Узнают из "СЭ"...

- Виктор Онопко, уважаемый человек, трижды попадал в милицию. Сколько раз попадали вы?
- Один. Да и то меня в "обезьянник" посадили автографы раздавать.
- Это как?
- Ехал на метро. На Павелецкой-кольцевой у турникета милиционеры узнали: "Пойдем к нам, с народом пообщаешься". Полчаса торчал в "обезьяннике".
- Вместе с арестантами?
- К счастью, нет. Только с милиционерами. Один за "Локомотив" болеет, другой - за "Спартак", третий - за ЦСКА. Вот и подводили итоги чемпионата, никак отпускать не хотели. Автографы раздавал, фотографировался. Чуть на тренировку из-за этого не опоздал.
- О каком из своих поступков можете сказать: "Я от себя такого не ожидал!"?
- Недавно подарил девушке, с которой всего день был знаком, охапку цветов. Штук сто, а может, и больше. Барышня была в шоке. Да и я - тоже.
- Хоккеиста Овечкина однажды спросили - почему он так часто меняет подруг? Овечкин ответил: "Жить надо интересно". Это и ваш принцип?
- Ни в коем случае. Но обсуждать личную жизнь с журналистами не люблю.
- Нигматуллин давным-давно рассказывал про девушку, которая написала настолько трогательное письмо, что ему даже захотелось ответить. А вскоре случайно узнал, что она четырем игрокам "Спартака" такое написала, слово в слово. Вам хоть одно письмо от фанаток запомнилось?
- Нет, все они как под копирку. Когда в "Спартаке" заиграл, письма пачками стали приходить. Потом интерес болельщиц поугас. И слава богу.
- Письма сохранили?
- У мамы дома лежат. Целый мешок.
- Никому не отвечали?
- Нет. Всем ответить невозможно. А выделять кого-то одного несправедливо.
- Овчинников поселился неподалеку от базы "Локомотива". Были хоть раз у него в гостях?
- Спрашиваете!
- Напротив Овчинникова живет Валерий Газзаев. Правда, калитку на эту сторону улицы заварил.
- У его участка даже не калитка бросается в глаза, а пятиметровый забор. У Босса спокойненько, открыто, а у Валерия Георгиевича все серьезней.
- К нему не наведывались?
- К нему так просто не зайдешь. Там охрана и злые собаки.

- За четыре года после возвращения из Франции сколько домработниц поменяли?
- У меня все это время одна и та же домработница.
- И горшок трем котам в ваше отсутствие она выносит?
- Она. Либо соседи. С ними тоже повезло, душевные люди. Когда приехал из Андорры, они на моем заборе повесили огромный плакат с поздравлением в стихах. "И вот заветный гол..." - была такая строчка.
- Дальше не запомнили?
- Запомнил. Просто в стихотворении упоминалось название моей деревни. А я бы не хотел, чтобы оно появлялось в прессе.
- Среди ваших соседей есть футболисты?
- Нет. Только хоккеист Дмитрий Быков из "Химика". Общаемся.
- Кто зимой на участке чистит снег?
- В нашем поселке, как везде, есть свои Джамшут и Равшан. К ним все обращаются. Я - не исключение. Но если я дома - беру лопату и убираю снег. Мне не трудно почистить крыльцо или дорожку от дома до бани.
- Не тоскливо одному?
- Друзья говорят - ты что, с ума сошел, один в большом загородном доме? И обычно дом полон гостей. Но частенько устаешь от суеты, хочется одиночества.
- Коттедж ваш или снимаете?
- Мой. После перехода в "Локомотив" размышлял, куда вложить деньги. В Москве клуб снимал квартиру, потом Евсеев заразил идеей поселиться за городом. Я нашел сказочное место - лес кругом, тихо, красиво. В Москве жить, наверное, уже не смогу.
- Своей квартирой в столице так и не обзавелись?
- Пока она мне ни к чему.
- Самая бессмысленная покупка в жизни?
- В юности, когда денег порой не хватало даже на еду, часто покупал модные мобильные телефоны. Казалось, это важнее.
- Приобретение дорогущего "мерседеса" года три назад - из той же серии?
- Нет. Пусть и отдал за него все деньги, которые скопил. Жалею скорее о том, что его продал. Славная была машинка.
- Зачем же продавали?
- Не было выхода, она уже прилично теряла в цене. Хотя расставаться не хотелось. Я долго копил именно на эту модель, сам перегонял автомобиль из Франции в Германию. А оттуда мне доставили его в Москву.
- Видим, деньги считать вы умеете.
- Что в этом плохого? Мама учит экономить - стараюсь к ней прислушиваться. Например, в отпуск никогда не летаю бизнес-классом. Зачем переплачивать за билет в два-три раза? К тому же в эконом-классе чувствую себя вполне комфортно.

- Как знакомые отреагировали на вашу съемку в сериале "Наша Russia"?
- По-разному. Бородюк, например, сказал: "Знаешь, Дима, мне не понравилось. А вот сын посмотрел и выдал: "Круто". Вообще-то изначально в сценарии все было гораздо скромнее. Но уже на съемочной площадке с Мишей Галустяном придумали другой сюжет. И с Мишей, и Сережей Светлаковым дружу давно. Поэтому сняться в серии про "Газмяс" согласился сразу. И меньше всего думал, что обо всем этом будут говорить.
- Слышали, вы и с музыкантами из группы "Сплин" в хороших отношениях?
- Да, я их на футбол приглашал, они меня - на свой концерт. На днях поеду в Петербург за американской визой - обязательно зайду к ним в гости.
- Почему за визой - и в Петербург?
- В Москве получить не удалось. Сложная процедура - в американском посольстве требовали, чтобы оставил у них загранпаспорт на две недели. Но как я оставлю, если у нас то матчи сборной, то еврокубки? А в Питере знакомые пообещали уладить вопрос за день.
- Отпуск проведете в Америке?
- Точнее - один из его этапов. Хочу впервые живьем увидеть матчи НБА и НХЛ. Овечкин говорил, что в Вашингтоне о билетах на хоккей могу не беспокоиться. Не знаю, правда, доеду ли до Вашингтона. Далековато. Я ведь на Тихий океан собираюсь - Лос-Анджелес, Анахайм, Сан-Хосе...
- Кто составит вам компанию?
- Друг. Он не футболист.
- А после Штатов - куда?
- Пожалуй, на Ямайку. Ни разу там не был. А Новый год по традиции - в Омске с родителями и младшим братом. На лыжах покатаюсь, на коньках.
- Разве вам можно кататься на лыжах?
- Я же осторожно. Не на "черную" трассу отправлюсь, а выберу спуск полегче.
- Не пробовали, как Овчинников на "харлее", по поселку рассекать?
- Нет. Серега предлагал прокатиться. Сел я на его "харлей", завел, порычал - и выключил зажигание. Когда-то мечтал купить мотоцикл, но со временем от этой идеи отказался. Зачем рисковать?
- Если бы завтра к вам в гости приехал знакомый по "Марселю" Дрогба - какую программу предложили бы ему в Москве?
- Повел бы по ресторанам и ночным клубам. Все иностранцы знают, что у нас самые красивые девушки и масса клубов, где можно с огоньком провести время. Во Франции меня постоянно об этом расспрашивали. "Приезжайте - покажу", - говорил я. Но пока до Москвы никто не доехал.
- Полагаете, в Третьяковку или Большой театр Дрогба вести не стоит?
- У него другие интересы.
- Тому же Онопко зеки, поклонники таланта, вырезали потрясающие нарды. И у вас, видим, необычный набор ручной работы...
- Это друг подарил на день рождения, тоже на зоне вырезаны. Откройте, посмотрите, там даже эмблема "Локомотива" есть. Вы знаете, что нарды нельзя покупать? Плохая примета.
- В углу спиннинг стоит. Возле Баковки есть какие-то пруды?
- Нет, я на рыбалку выбираюсь в специальные места. Но это летом, на зимнюю пока не отважился. А так нередко после тренировки брал удочки, в машину - и рыбачить.
- У вас в номере - диск Талькова...
- Мне он очень нравится, хоть поколение совершенно другое. Цоя еще обожаю, "Кино". Вечная музыка.
- Подходите к лоткам по 100 рублей покупать пиратские диски?
- Случается.
- Дэвидас Чеснаускис, играющий за "Хартс", подарил вам шотландский килт. Ходили в нем куда-нибудь?
- Пока нет. Но если случай представится - непременно надену. В том, что касается одежды, я открыт для экспериментов.
- Были еще неожиданные подарки?
- Как-то подарили мой портрет, вышитый нитками. Компас. Наверное, чтоб с пути не сбивался.
- Ваша главная нефутбольная мечта?
- Как у любого мужчины - построить дом, посадить дерево, завести семью.
- Дом вы уже построили.
- Я не построил, а купил. Огромная разница. Причем дом хочу сделать по собственному проекту и на берегу реки. Уже продумал, там будет все: винный погреб, бильярдная, баня, бассейн, джакузи, теннисный корт...
- И пятиметровый забор с охраной и собаками, как у Валерия Георгиевича?
- Это вряд ли. Чего ради мне скрываться?

Источник: "Спорт-Экспресс"