- У вас, Дима, нет ощущения, что, уйдя из «Спартака», вы лишились в игре чего-то важного? Чего-то такого – смелого, счастливого, легкого, что теперь предстоит возвращать упорным трудом?
- Нет, я ничего не лишился. Скорее, поставил точку в одной истории.
- Что это была за история?
- Это была сказка. Она кончилась.
- После той поставленной точки новая история могла завести вас куда угодно – и вознести, и сломать. Вы не думали об этом?
- Слабого бы и сломала.
- То есть вы считаете, что превосходящие обстоятельства, такие, например, как везение, случай, не способны пересилить характер человека?
- Думаю, человек сам творит свою судьбу.
- Я, наверное, неправильно начал беседу. Надо было спросить про «Локомотив», про чемпионский сезон, про то, что он вам дал.
- Очень многое. Например, я доказал фанатам, что я не однодневка и могу играть не только за «Спартак». Посрамил скептиков. Хотя это, конечно, не главное.
- Все равно ж приятно.
- Приятно, но приятно перед самим собой. Что я смог.
- А какой команде вам приятнее всего забивать, ЦСКА или «Спартаку»?
- Не забивать, а выигрывать. И у тех, и у тех. Это все принципиальные соперники для «Локомотива». ЦСКА – потому, что мы с ними боролись за золото, а за интригу в матче со «Спартаком» играет его славная история. Еще всегда приятно побеждать «Зенит» – очень симпатичная мне команда, играющая. В это сезоне интересно будет играть с «Динамо».
- Потому что там Романцев?
- Нет, потому что там так разрекламированная португальская колония. Много читал, какие они хорошие. Интересно будет посмотреть, что они из себя представляют на поле.
- А как вы думаете, получится у Романцева в «Динамо»? Сможет ли он сделать команду, которая не называется «Спартак»?
- Думаю, да. Если ему удастся донести свои идеи до игроков, которые не говорят по-русски.
- У вас остались друзья в «Спартаке»?
- Конечно. Во всех командах, за которые я играл, у меня остались друзья, с которыми мы созваниваемся, а когда есть возможность, то и встречаемся.
- А кто эти ваши друзья?
- Я бы не хотел называть фамилии.
- Я, как мне кажется, понимаю, почему общественное, особенно проспартаковское, мнение гласит, что в «Спартаке» вы играли гениально, а теперь – только хорошо. В «Спартаке» вы провели всего полгода. Фантастически удачные полгода. Но вам было всего 18 лет, и неизвестно, как бы вы играли дальше, если бы даже остались в «Спартаке». Сказка, как жанр, всегда короткая.
- Наверное, так. Сейчас мне хочется перестать быть игроком, которые подает надежды. Хочется их уже вовсю оправдывать.
- Каков предел ваших футбольных мечтаний? «Золотой мяч»? Победа в Лиге чемпионов? Реальный предел, я не про по беду сборной России на чемпионате мира спрашиваю.
- Я об этом не думаю. Совсем. Мне надо сначала состояться как футболисту в России. А уж потом думать, в каком хорошем европейском клубе я мог бы проявить себя.
- А в каком? Итальянском? Английском?
- Раньше я действительно больше смотрел серию А. Но они там что-то совсем перестали играть в красивый футбол. Мне сейчас ближе Англия и Испания.
- То есть «Арсенал» и «Барселона»?
- Ну нет. В Англии мне интересны все три клуба большой тройки. В Испании я тоже не отдаю предпочтения «Барселоне» перед «Реалом».
- Если бы вы в прошлом году вручали «Золотой мяч», то кто бы его получил – Анри, Шевченко, Роналдинью или, может быть, Деку?
- Шевченко получил его по праву. Ну да, ну да, прекрасные стабильные сезоны, уверенная выслуга лет и все такое. Я бы проголосовал за Анри. Я бы, наверное, колебался, выбирая между Анри и Роналдинью.
- Как сейчас многие колеблются, решая, кто же лучший нападающий в России – Сычев или Кержаков. Вы с ним из одного поколения, жили в одном интернате – в комнатах, разделенных одной стенкой, у ваших машин одинаковый номер – 011, вас грех не сравнивать. Вы ревнуете к успехам Кержакова?
- Я не привык завидовать, тем более по-черному.
- А я не про зависть. Нормальная творческая привычка оглядываться на чужие успехи и стараться делать лучше. Здесь нечего стесняться.
- Я и не стесняюсь. Я, наоборот, рад его успехам.
- Нет сейчас сожаления: могли бы вместе с ним играть за «Зенит»?
- Я живу по принципу «все, что ни делает Бог, все к лучшему». Так что я не сожалею.
- Вопрос о том, довольны ли тем, что после «Марселя» оказались именно в «Локомотиве», отпал. Вы помните свой первый личный разговор с Семиным?
- Очень хорошо. Я приехал в Руйт, где тогда тренировался «Локомотив», на машине из Марселя и сразу прошел в его кабинет. Помню, волновался. Я же до этого его только по телевизору видел, не знал, что он за человек. И вообще, первый разговор с тренером очень важен. Юрий Павлович сказал тогда, что рассчитывает на меня, что я должен вернуть себя, того, что был в «Спартаке», должен начать вновь забивать.
- Семин умеет говорить так, что ему сразу веришь?
- Да.
- Тогда в спортивных газетах написали, что вы гнали машину и очень устали...
- Да не очень я устал. От Марселя до Руйта всего тысяча километров. Ехал километров 120, включил круиз-контроль и болтал по телефону.
- Все, кто вас помнит еще по Омску, говорят, что вы всегда были фанатом тренировок, и хотя девушки ходили за вами толпами, вы предпочитали не тусоваться, а тренироваться. Вы сами в интервью говорили, что ваша главная любовь – это футбол. Какое для вас самое сильное искушение? Вот cвятого Антония в пустыне дьявол соблазнял в том числе девушками.
- Как и для всякого молодого человека. Хочется дискотек, развлечений.
- Успеваете ходить на дискотеки?
- Время находится. Но только не в ущерб футболу.
- О чем вы готовы говорить долго и с увлечением – если не о футболе?
- О машинах.
- Тут я ужасный собеседник. Равнодушный. Хотя нет. Мне нравятся старые английские и старые американские машины. А вам?
- Люблю немцев. У меня «Мерседес».
- Половина писем, которые приходят к нам в редакцию, от ваших фанаток.
- Что-то не верится.
- Чистая правда. Вам льстит такое девическое внимание?
- Я молодой человек, но не тщеславный.
- Но хотя бы – вдохновляет?
- Когда вдохновляет, когда мешает.
- Когда мешает?
- Когда ко мне начинают относиться как к картинке.
- Вчера (8 марта. – Прим. автора) много sms-ок отправили?
- Прилично.
- Ваши картинки, если не считать футбольные, репортажные, очень редко появляются в журналах. Вы хотели бы стать немного как Бекхэм?
- В рекламе было бы интересно сняться, но так ... без фанатизма.
- Я бы привлек вас к рекламе высокоскоростного доступа в Интернет. Или мобильных телефонов. А что хотели бы рекламировать вы?
- Да без разницы. Может, машины. Для меня съемки в рекламе – что-то из области фантастики. Пока вы не спросили, я об этом не думал.
- Путь в рекламу лежит через активную гламурную жизнь, мелькать надо, мелькать. У вас для этого есть все внешние данные, и одеваетесь вы, как будто играете за самый модный лондонский клуб, а не за «Локомотив». Только я совершенно не уверен, что у вас есть желание мелькать и поставлять светским хроникерам заранее спланированные романы и скандалы.
- Нет, это не по мне.
- Вас сегодня не смутило, как в магазине обозначали выбранный вами стиль одежды – «голландский бомж»?
- Меня – нет. Это модно. Эта одежда мне идет. Она мне нравится.
- И куда вы пойдете во всем этом?
- Может, уже завтра на тренировку.
- Я знаю, что во многих итальянских, испанских, английских командах принято в раздевалке громко обсуждать чьи-то обновки. Что вас ждет завтра?
- У нас как-то не принято обсуждать одежду. В принципе, в «Локомотиве» многие одеваются стильно.
- Вы часто меняли клубы. Как вы ведете себя в раздевалке новой команды? Легко ли адаптируетесь?
- Ничего специального я не делаю. Какой есть, так и веду. У меня вообще негромкий голос. Я в первые ряды не лезу.
- А что завтра будет обсуждаться в раздевалке «Локо» перед тренировкой?
- Как обычно. Футбол. Новости, спортивные и всякие. Музыка новая.
- Вчера, как считаете, прав был Коллина, когда засчитал гол Терри, а не нападение на вратаря?
- По-моему, гол был чистый.
- Я впервые видел разъяренного Роналдинью. Во время матча иногда действительно так сильно хочется убить судью?
- На эмоциях всякое бывает.
- А потом, когда остынешь и посмотришь матч в записи? То, что на поле кажется чудовищной несправедливостью, на спокойный взгляд выходит правильным решением судьи.
- Я никогда не пересматриваю матчи. Свои сделанные ошибки я и так хорошо помню.
- А вы легко переживаете свои ошибки? Промах мимо ворот или неудачно сказанное в разговоре слово? Как-нибудь за утренним бритьем, вдруг, через неделю, всплывет: блин, что же я тогда сморозил?!
- Не-е-ет, такого не бывает. Все время вспоминать свои мелкие неудачи – губительно. Надо забывать и идти дальше.
- Накануне нового сезона принято вставлять всюду слово «предвкушение». Вы, Дима, предвкушаете чемпионат России?
- После таких длинных и тяжелых сборов острота чувств притупляется. Вроде ждешь, а вроде и не так уже.


Источник: Журнал "ПРОСПОРТ", март 2005